Майкл Мар - Успеть повернуть направо [litres]

– Да. Твоя правда. А ты мужа её видела?

– Не-а, – отвечаю я. – Когда приезжала, у него были какие-то встречи и он не смог прийти.

– И я. До сих пор, кстати, не понимаю, почему она нас на свадьбу не пригласила.

– Ну, как она мне объясняла, тогда пришлось бы звать бесчисленную родню и друзей Ганса. Тогда она ещё была вменяемой и её тошнило от этих приторных бело-розовых свадеб.

– Странно, в общем, всё это. Ладно, давай поспим хоть немного, – говорит Лиза, заворачиваясь в большое одеяло. – Закрой жалюзи, пожалуйста.

– О’кей, а ты поставь будильник. Часа через три чтобы разбудил.

– Думаешь, нам хватит?

– Не факт, но это лучше, чем ничего, – говорю я, опуская жалюзи до пола, и комната погружается в темноту.

Глава 9

Ужин

Открыв глаза, пытаюсь понять, где я нахожусь. Темно, время суток неизвестно, с трудом продирающийся разум напоминает мне, что я в Германии у Даши. Сопящая со мной в одной постели Лиза вызывает флешбэк, возврат в прошлое, в котором мы с ней так же иногда спали вместе, когда нам было лет по двадцать. Из-за этого стараюсь вспомнить, сколько мне лет. Внутри воспроизводится стон души, и хочется проспать ещё дня два. Так как мы уже не беспечные студентки, а я из-за своей импульсивности оказалась в Европе, Лизе сделали предложение, а Даша и вовсе «домохозяйка года». Сладко потягиваюсь, считаю до пяти и встаю.

На дне сумки нахожу косметичку и вытаскиваю из неё зубную щётку и пасту. Плетусь в ванную, стараюсь особо на себя не смотреть, так как знаю наперёд, что в отражении увижу лишь отчаяние.

После того, как приняла душ, подхожу к окну и открываю жалюзи. На улице уже смеркается. И полная тишина. Ни машин, ни людей. Ничего. Пустота пригорода. Начинаю скучать по Москве. Она всё же придаёт ритм и не позволяет ни на чём зациклиться.

– Вставай, принцесса. The show must go on, – бужу я Лизу.

– Ага, щас, минутку. Тетрадки только проверю. – Она явно ещё в глубоком сне.

Решаю дать ей ещё пять минут поспать, а сама открываю шкаф, в который ранее сложила вещи, и прикидываю, что надеть. В основном лишь брючные костюмы и рубашки. Одно вечернее платье, которое всегда беру на всякий случай, но никогда не надеваю. Ибо сплошные деловые встречи, на которых оно смотрелось бы нелепо. Зато есть джинсы, которые неплохо будут сочетаться с чёрной сорочкой.

Уже одевшись, начинаю будить Лизу по-настоящему. Она противится какое-то время, затем пробуждается и нехотя встаёт.

Снизу уже доносится некий шум, который мы принимаем за активное приготовление ужина. Голод, кстати, весьма ощутимый.

– Как думаешь, – спрашиваю я Лизу, – где тут можно покурить?

– Ну, судя по высоким нравам дома, думаю, что ближайшее место – это Польша.

Мы смеёмся, и я решаю, что лучше перестраховаться и спросить у Даши.

Мы спускаемся в столовую, которая уже полностью сервирована. Возле каждой тарелки на точном расстоянии лежат вилки и ножи. Точнее, по три вилки и по два ножа. Обеденные салфетки скручены в серебряных кольцах, а на столе стоит букет из свежих цветов. После такой серьёзной заявки уже подумываю подняться наверх и всё же надеть платье, а Лиза восхищённо начинает аплодировать и говорит:

– Дарья, от нашего имени даю вам заочно две звезды Мишлена.

– Да ладно тебе, так, ничего особенного. – Видно, что Даше приятно.

– Когда ты успела? Сколько мы проспали?

– Часа четыре вроде. Ганс с детьми вернулись, сейчас примут душ и спустятся. Отдохнули?

– Вроде того. Может, аперитив? – предлагает Лиза.

– Не откажусь, – говорю я, наблюдая, как Даша семенит к бару в туфлях без каблуков.

– На обед будет жаркое, картошка по-деревенски и салат из устриц, так что предлагаю вам кампари.

– А можно нам ещё карту вин и стул для моей сумочки? – спрашиваю я с максимально серьёзным лицом, хотя очень хочется рассмеяться во весь голос.

– Чего? – недоумевает Даша.

– Дашка, да перестань ты. – Уже не в силах сдержаться, я заливаюсь хохотом.

Лиза поняла шутку и смеётся вместе со мной.

– Ну, правда. Мы как в ресторане «Максим». Это же мы, расслабься. Я понимаю, ты отвыкла от нас, но ещё пару минут в такой манере – и мы начнём друг друга по имени-отчеству называть.

– Ой, простите, девчонки. Просто привычка. У нас обеды с коллегами и родственниками Ганса так часто, что я уже на автомате. Я и правда отвыкла от вас. Ладно, что будете, в общем?

– Ну, давай кампари, и о себе не забудь.

– Нет, тут я пас.

– Это с чего ты так? – Лиза удивлённо смотрит на неё.

– Да как-то разлюбила алкоголь. Наверное, выпила уже свою бочку до дна.

– А ты, случаем, не беременна?

– Нет, с этим у меня тоже перерыв. Я же не конвейер. Просто не хочу.

– Ладно, дело твоё. – Я беру из рук Даши коктейльную рюмку с биттером.

– О-о, а вот и мои мальчики, – говорит Даша, смотря, как с лестницы спускается муж с детьми.

Она нас с ними знакомит и говорит, что будет переводить, чтобы никто не ломал язык. Мы с радостью соглашаемся, так как никто из нас не хочет сейчас проходить интенсивный курс немецкого. Быстро преодолев момент неловкого молчания и расхвалив её детишек пяти и семи лет, садимся ужинать.

После того как Даша поставила первые блюда на стол и мы выпили за знакомство, Ганс начал рассказывать, что они были с детьми у его родителей и играли в футбол. Это было увлекательно. Ну, первые двадцать секунд, потом мне страшно захотелось напиться или вернуться в постель. Не то чтобы мне было совсем безразлично или скучно. Лучше уж это, чем расспросы Даши, какие у меня проблемы на личном фронте, когда мы находимся в её образцово-показательной семье, которая словно сошла с обложки журнала про таймшеры. Дело в том, что у меня своего рода аллергия на подобные сборы. Ибо, так или иначе, всё сводится к обсуждению детей. И с такими ужасающими подробностями, что это убивает желание вообще когда-либо рожать. Ну, правда, сколько можно мусолить одно и то же? Их успехи в школе, болезни, что они ели на завтрак, какую «смешную» вещь сказали, что о том говорят в журнале для родителей, сложности школьной программы и так далее и тому подобное. Даже если с такими парами разговор заходит о сексе, мы всё равно возвращаемся к теме их потомства. А ещё эти проклятые снисходительные взгляды, которые они на вас бросают. Ну, что нам, мол, пока не понять и мы лишаем себя счастья. А сами не осознают элементарного, что настоящее счастье – в гармонии, когда дети желанны, а свобода не вымышлена. Отчаянно хочется курить.

– И какие у вас, девчонки, планы? – спрашивает Даша спустя некоторое время.